четверг, 3 января 2008 г.

Град

Из Лохвицы доходили слухи: "Упала з неба золота стьожка, на нiй було тричi написано - покайтесь, покайтесь, покайтесь!" На базаре евреи говорили, в такой-то день (это было в середине лета) чтобы не гнали скот в поле и далеко от хаты сами не ходили. Ждали какой-то страшной стихии.

А мы пошли, т.е. тетя Галя (Нечипаевская) пошла на Сулу стирать и я за нею увязалась, как всегда это бывало. День был ясный, ни облачка, но среди дня вдруг на горизонте серой полоской возникла туча. Она росла, поднималась, начало греметь и сверкать в ней. Всё ближе и ближе надвигалась, закрыла уже полнеба.

Мы быстро собрались уходить. Вдруг сильно и тревожно зашумел лес, что под горою, на западе от луга. Мы побежали. Тетя Галя уже была в панике, а я и подавно начала плакать, неслась за нею в страхе. А путь был неблизкий до села, и надо было еще подняться на гору, перебежать двор Каленика. Жили мы не у бабушки, а в нашем более просторном доме с железной крышей. Он и сейчас существует.

Влетели в него и тут сразу же очень потемнело, по окнам и по крыше застучал град. Да такой крупный - прямо куски льда полетели с неба. Зазвенели разбиваемые стекла в окнах. Бабушка призвала: "молiтися, дiти", и начала креститься и читать молитву, и все за нею тоже начали креститься, и я хорошо запомнила, что крестилась перепугано и моя мама, убежденная атеистка. А перед окном било, секло и крошило всё, что росло на грядках. Стебли картошки отрывались и подлетали вверх далеко от земли. Через несколько минут вся земля покрылась ковром, как зимою, и от зелени на огороде не осталось ни следа. Она вся исчезла. Но эта разрушительная волна вскоре унеслась, засветилось голубое небо, проглянуло солнце, запели птицы. Лед начал таять, и к концу дня земля полностью очистилась. Но грядки были черные.
Появился папа. Он ездил куда-то в другое село по делам. Но там ничего этого не было. Он был удивлен картиной такого страшного бедствия. После рассказывали люди, кто где был во время града и как от него укрывались. Запомнила, что Устина Васильевна, застигнутая где-то вне дома, сидела под мостиком и взывала: "Господи, так же и человека убить можно!" Кто-то пострадал и серьезно - скот, пастухи - но подробностей уже не помню.

Комментариев нет: